В нашу редакцию пришло письмо из Шарьи от Людмилы Николаевны Зубовой. «Хотелось больше рассказать о том, что я смогла узнать за многие годы, собирая данные о боевом пути отца. Для подтверждения того, о чем писал в своих письмах отец, включила выдержки из других источников, написанных участниками или свидетелями тех событий. Это книги «Танки входят в прорыв», «Командарм Харитонов», очерк «Пять километров до фюрера» из журнала «Огонек» и письмо однополчанина отца В.А. Акифьева.

В братской могиле в селе Семеновка Близнюковского района Харьковской области захоронен мой отец, а также и многие войны 25-го танкового корпуса, погибшие при выходе к фронту во время рейда в тыл немцев к Запорожью в марте 1943г. и освобождавшие село в 1944 году. Туда мы с дочерью ездили в 2013 году. Сельчане свято чтут память о них».

Мы приводим письмо в сокращении.

«25-й танковый корпус формировался летом 1942 года под Москвой, в основном из жителей Ярославской, Горьковской и других областей Поволжья, часть районов которых позже отошли к Костромской области. В нем воевали и костромичи, а в 111-й Новоград-Волынской, Краснознаменной, ордена Суворова 2-й степени танковой бригаде с августа 1942-го по март 1943 года воевал мой отец Николай Яковлевич Ребров. Старший лейтенант, помощник начальника штаба 111-й танковой бригады по спецсвязи, уроженец с. Леденгское Павинского района, теперь Костромской области, член ВКП(б). Отец был призван в РККА в феврале 1940 года из Шарьи, на фронт — в апреле 1942 г. из г. Няндома Архангельской области.

Из письма отца известно, что он из Архангельска был направлен в Москву в распоряжение генерального штаба, откуда выехал на фронт в Воронеж. С августа 1942 г. боевой путь отца был вместе со 111-й танковой бригадой.

Боевое крещение корпус получил в боях под Воронежем и прошел с боями от Воронежа до Донбасса, участвовал в Сталинградской битве, рейде к Запорожью. После переформирования с другими командирами принимал участие в Курской битве, освобождении Украины, дошел до Праги и Берлина. Боевые успехи корпуса не раз отмечались в приказах Верховного Главнокомандующего, в сводках Информбюро, им салютовала Москва.

25-й танковый корпус входил в резерв Ставки, в резерв фронтов и направлялся на самые трудные участки фронта, неоднократно совершал рейды по тылам врага. Известно, что ни одна часть Красной Армии в 1942-1943 годах не заходила так далеко в тыл противника как 25-й танковый корпус.

В Москве, в Строгино, при школе №1619, открыт Музей боевого пути 25-го танкового корпуса, где проводят встречи ветеранов. Мы с внучкой были в нем.

В 2017 году, после того как рассекретили документы по корпусу, в журнале «Огонек» №17 написан очерк В. Галайко и А. Шамониной «Пять километров до фюрера» о рейде 25-го танкового корпуса к Запорожью.

В своих письмах отец писал о боях, о рейде в тыл немцев и часто «едем на формирование», о фронтовой жизни, беспокоился, как мы живем. К сожалению, сохранилось только одно письмо, из других я когда-то сделала выписки.

Вот ряд из них:

16.08.1942 г. «Написал письмо 13.08, но меня перевели в другую танковую. Находимся на передовой, п.п. 2452 штаб».

30.11.1942 г. «Госпиталь»

1.01. 1943 г. «Находимся в наступлении. В сводке военных действий по радио услышите — упоминается наш командир — генерал Павлов».

5.01.1943 г. «Находимся в неопасной, относительно, обстановке. Сегодня наша часть снялась и едем в тыл на отдых и формирование, отъехали от поля боя на 50 км. Январь пробудем так, а потом опять в бой и будем окончательно уничтожать гадов. В эту операцию наша часть с 16.12 1942 по 5.01 1943г. прошла 356 км в глубь фронта, т.е. в тыл противника, шириной 20 км и более, немало освободив Донской степи и людей от немецкого ига… Снега почти нет, танки проходят в любом месте».

10.01.1943 г. «Дня через 2-3 выедем на формирование… Очевидно, будете слышать об очищении от фашистской нечисти Кавказа, Донбасса и др. Всего дороже разбить группировку под Сталинградом».

27.01.1943 г. «Позавчера приехали поближе к железной дороге, чтобы получить все необходимое и двинуться дальше. На фронтах дела идут с неослабевающей силой, и с каждым днем приближается крах коричневой чуме, а следовательно и войне..»

9.02.1943 г. «Завтра, вероятно, отсюда выедем. Письма будут нерегулярно, будут уважительные причины, поедем далеко… Живем среди украинцев. …Пошел одиннадцатый месяц, как мы расстались на ст. Няндома. Входим в состав Юго-Западного фронта».

Это было последнее письмо отца. Корпус уезжал в рейд по тылам немцев к Запорожью.

Из книги «Танки входят в прорыв»

«12 декабря 1942 г. 25-й танковый корпус включен в состав Юго-Западного фронта, с непосредственным подчинением 1-й гвардейской армии… За сутки корпус должен совершить двухсоткилометровый марш и выйти в район Верхнего Мамона. Приближался день перехода к наступлению советских войск под Сталинградом.

16 декабря 1942 года началось сражение. Противник упорно сопротивлялся.

19 декабря танковые бригады корпуса ворвались в Кошары. Неожиданная атака ошеломила врага. Бросая технику, он пытался под покровом темноты вырваться, но на его пути встали танкисты 111-й танковой бригады и мотоциклетный батальон… Разгромив пехотный батальон, танкисты

162-й танковой бригады освободили 2000 пленных воинов Красной Армии.

Оторвавшись на 120 км от основных сил армии, корпус начал движение на Морозовск.

В ходе боев с 16 декабря по 5 марта 1943 года воины танкового корпуса успешно решили поставленные боевые задачи. Проведя рейд на глубину до 350 км, корпус разгромил противостоящие группировки противника, освободил 306 населенных пунктов, танкисты уничтожили около 8000 солдат и офицеров противника, 60 танков, 197 орудий и пулеметов, взяли в плен 1879 вражеских солдат и офицеров, освободили 5 лагерей военнопленных Красной Армии, захватили 50 складов с горючим и продовольствием, 1018 автомашин, 96 тягачей, 4 танка.

…13 февраля 1943 г. командующим Юго-Западным фронтом Н.Ф. Ватуниным 25-й танковый корпус передан из резерва в оперативное подчинение командующего 6-й армией генерала Харитонова. …Ему ставилась задача: выдвинуться через Павлоград (Днепропетровская область), Синельниково к Днепру, разгромить находящегося здесь противника, захватить переправы в полосе Днепропетровск, Запорожье, обеспечив тем самым выход к Днепру соединенной армии…

21 февраля танки достигли Днепра, их можно было наблюдать из расположения штаба Манштейна на окраине Запорожья. Открывался путь на Запорожье. Здесь, в семи километрах севернее города, действовала 111-я танковая бригада с батальоном 16-й мотострелковой бригады.

19 февраля 1943 года началось контрнаступление противника на правый фланг 6-й армии и встречный удар его танковых корпусов с юга. Вечером 21 февраля 1943 года стало ясно, что корпус отрезан от основных сил армии и своих тылов».

Из очерка «Пять километров до фюрера»

«К 19 февраля корпус вышел к Запорожью, острие удара направив на расположенный на окраине города аэродром. 20 февраля 1943 года русские прорвали фронт, и одной танковой колонне удалось прорваться в район Запорожья, куда накануне приехал Гитлер для встречи с Манштейном. Самолет Гитлера был на том самом аэродроме…

Русские танкисты были в пяти километрах от аэродрома, когда им преградил путь немецкий бронепоезд с зенитными установками…

После шока, полученного в Запорожье, Гитлер повелел Манштейну «стереть» русских танкистов, которые посмели ему угрожать…

Прорыв корпуса Павлова был рекордным за весь период осенне-зимней кампании 1942-1943 годов. Ни одна часть Красной Армии так далеко не заходила в тыл врага. Никакие тылы не могли успеть».

Из книги «Танки входят в прорыв»

«22 февраля началась героическая борьба воинов 25-го танкового корпуса в тылу врага.

Рано утром 24 февраля в с. Соленая вошли 5 танков 111-й т.б., бронемашина и тягач с орудием. Гарнизон противника был полностью уничтожен. Дети, женщины окружили танкистов. Подошел старик, неся на полотенце буханку хлеба …. «Дорогие наши красные командиры и солдаты, примите хлеб-соль, мы долго вас ждали…». В селе Майбородка главные силы 111т.б. уничтожили до роты солдат и офицеров противника, захватив девять машин с имуществом…

24 февраля 1943г. был сброшен с самолета вымпел с приказом командующего Юго-Западным фронтом на отход к линии фронта. Связь со 111-й т.б. была нарушена и только вечером 25 февраля командир бригады Бондаренко получил приказ на отход…

Главные силы корпуса вышли к селу Терны на берегу р. Орельки. С рассветом по селу и лесу был нанесен бомбовый удар вражеской авиации, был вторично ранен генерал Павлов, убит начштаба Васютин, тяжело ранен командир 175-й т.б. Степанов, погиб полковник Благонравов, почти все офицеры 162-й т.б., тяжело ранен командир 111-й т.б., командиры других подразделений».

О дальнейшей судьбе генерала Павлова известно, что попав в концлагерь, перенеся пытки, не поддавшись на предложение перейти на сторону фашистов, генерал Павлов бежал из плена, вернулся в армию, умер в 1962 году в Москве.

К концу марта вышли из окружения всего 2063 человека. А о судьбе моего отца стало известно из письма однополчанина, с которым они выходили из окружения, написавшего моей маме в 1947 году.

«… После прорыва наших частей на 400 км, в районе Среднего Дона, мы получили задание, обойдя Харьков, наступать на Днепропетровск и Запорожье. От тылов оторвались и узнали, что 200 км назад, в г. Павлограде, нас отрезали немцы, отступавшие с Кавказа. Так мы оказались в глубоком окружении.

Снаряды и горючее были на исходе. Приказ был прорываться к своим по ночам без дорог. Как мы скрытно ни пытались продвигаться, нас настигали, мы принимали бой, численность таяла. 2 марта 1943 г. мы оказались без снарядов и горючего. Материальная часть была уничтожена, и мы с ручным оружием продолжали двигаться пешком… 9 марта на рассвете мы остановились в хуторе Червонный Штиль, через час на нас напали танковая разведка и самолеты, многие были убиты, взяты в плен, часть скрылась, как и мы с Николаем, в бурьяне. Оружия никакого не было. Разбились на группы по 2-3 человека и стали продвигаться к фронту по ночам… Пройдя одну из деревень Барвенковского района Харьковской области, спускаясь в балку, услышали две автоматные очереди. Николай сразу упал, сраженный несколькими пулями. Я сказал: «Коля, бежим. Он ответил: «…все, спасайся сам.» Через 3 дня меня сдали немцам».

Так погиб мой отец. Его ночью, тяжело раненного, без сознания, подобрала, рискуя жизнью, женщина из села Семеновка. Спрятала у себя, а когда он умер, похоронила.

Такими были дороги войны одной из частей Красной Армии. Впереди были еще многие дни и ночи войны, впереди была месть за погибших, было продолжение славного боевого пути 25-го танкового корпуса. Пусть на века сохранится память о тех, кто с такими лишениями, ценой своей жизни завоевал Победу.

Сердечная благодарность редакции газеты «Северная правда», тем, кто помогает узнать о погибших и без вести пропавших их детям, внукам, правнукам.

С уважением Людмила Николаевна Зубова»