В конце мая в Москве состоялись курсы для епархиальных древлехранителей по сохранению памятников церковной архитектуры и искусства. Среди 120 представителей различных епархий был и костромич, иерей Михаил (Мостовой). В нашей традиционной рубрике «СП — Гостиная» древлехранитель рассказал о тех храмах и иконах, которые сейчас нуждаются в помощи.

Должность древлехранителя появилась в епархиях относительно недавнов канун 2015 года. Почему она была необходима?

Должность древлехраниетля стала необходимой в силу большого количества архитектурных и культурных памятников движимого и недвижимого имущества (храмов, икон, церковной утвари). Такая должность есть не во всех епархиях. Особенно актуальна там, где есть большое количество церковной старины, как в нашей, например.

Если в епархии есть архитектор, он заботится о восстановлении или хотя бы о консервации архитектурных памятников, то древлехранитель имеет более широкое поле зрения, в которое попадают старые иконы, утварь, которые тоже требуют сохранения.

За прошедшие годы какие святыни в Костромской епархии удалось восстановить, отреставрировать?

Есть многие иконы, которые отреставрированы за этот период. Мы тесно сотрудничаем с филиалом реставрационных мастерских имени Грабаря. У них работают специалисты, которым под силу реставрировать в разных техниках и эпохах. При их участии прошло несколько реставрационных советов по поводу осмотра нашей святыни Феодоровской иконы Божией Матери. Ее состояние хорошее, стабильное.

Есть ли те иконы, состояние которых лично у вас вызывает тревогу?

— У меняя лично тревогу вызывает количество икон, которым требуется срочная реставрация. Наследие у нас просто огромное, многие иконы приходят в ветхое состояние и всех их охватить реставрацией не хватит ни средств ни специалистов реставраторов. Не будем забывать, что процесс реставрации отнюдь не скор и поэтому приходится прибегать к их консервации. И все равно многие иконы, к сожалению, наверно не дождутся реставрации.

— В советские годы многие иконы, утварь, даже облачение священников, хранились у прихожан, которые их прятали. Возвращаются ли сейчас такие ценности? Как это происходит?

Да, действительно, есть малый процент таких ценностей. Происходит это обычно очень просто. Приходит бабушка и говорит, что у неё есть икона из определенного храма и она хотела бы ее вернуть. Церковь принимает дар с благодарностью и молитвой о человеке, столько лет хранившем святыню.

Как архитектор по образованию, можете ли оценить, какие храмы в нашей области нуждаются в наиболее оперативном восстановлении?

— По моему мнению, сначала надо восстановить храмы, которых не так много осталось — это храмы в городах. К сожалению, до сих пор имеются разрушенные храмы памятники архитектуры и культуры, как в Костроме, так и в других городах нашей области. Все наши старинные храмы уникальны. Есть особые, например собор Рождества Богородицы в Солигаличе. Это огромный пятипрестольный собор 1668 года начала строительства. Он восстанавливался на федеральные средства, но до конца реставрация не доведена. Новые главки, кресты, кровли, вычинены и окрашены фасады, прокачены фундаменты, но нет полов, не отреставрирована настенная живопись, нет отопления… Есть еще ряд проблем. Но собор уникален. Хочу добавить, что особым чудом является восстановление комплекса Костромского кремля. Восстановление этого особого святого места становится явью благодаря трудам православного благотворителя Виктора Ивановича Тырышкина по благословению святейшего патриарха Кирилла, по молитвам митрополита Костромского и Нерехтского Ферапонта, по молитвам костромичей, по проекту архитектора-реставратора высшей категории Алексея Михайловича Денисова и при поддержке губернатора Сергея Константиновича Ситникова.

Мы, костромичи, присутствуем при эпохальном событии, когда наш любимый город вновь обретет свой исторический вид в духовном и архитектурном плане. Уже сейчас возносится здесь молитва перед Богом и уже сейчас сияет крест на доминанте города колокольне Богоявленского собора.

Помимо работы древлехранителя вы являетесь настоятелем Благовещенского храма на улице Свердлова. Какие работы идут там? Какая необходима помощь?

Благовещенская церковь Костромы восстанавливалась на федеральные средства, последние три года это финансирование прекратилось. Еще надо восстановить колокольню, пустить отопление, привести в порядок внутренние интерьеры, отреставрировать подвальную часть, привести в надлежащее состояние территорию храма, чтоб еще один уголок нашей любимой Костромы стал более приветливым и удобным для жизни дорогих костромичей. Помощь нужна больше моральная.

Какие храмы в нашей митрополии вы считаете, что реально восстановить в ближайшем будущем, а какиебезвозвратно утеряны?

Те храмы, которые находятся в городах или селах, где есть люди, могут быть восстановлены при желании живущего населения. Те храмы, которые полностью разрушены и на их месте построено новое здание, конечно, вряд ли могут быть восстановлены. Поделюсь своим наблюдением. Нет ни одного места в Костромской области, где бы был разрушенный храм и местные люди не хотели бы его восстановить. Всюду собирается активная группа, думают, что они могут сделать. Конечно, часто дальше расчистки завалов и проведения молебнов дело идет с трудом. Но люди не унывают, они хотят чтоб святое место с которым связаны их корни, снова участвовало в их жизни, освящало ее.

С точки зрения архитектора, какой действующий храм в нашем регионе можно назвать особенным?

У нас каждый храм чемто интересен, чемто уникален. Выделить сложно. Некоторые древние 16, 17 век. У некоторых интересна история возникновения. У некоторых место расположения. У некоторых росписи выдающихся иконописцев. У некоторых совпадают несколько или все эти условия. Исходя из этого можно выделить Ипатьевский монастырь, а именно Троицкий собор. Большинство старинных храмов сейчас имеют за плечами двухсотлетнюю историю жизни. И в каждом храме есть своя изюминка, своя загадка. Даже руины святого места хранят в себе ответы на многие не только архитектурные вопросы. Человек попадая в такое место задумывается о вечном, о том что когда то здесь звучали детские веселые голоса, кого-то крестили, кто-то венчался, представляет духовную жизнь тех далеких по времени от нас людей, простых но высоко духовных, как люди получали моральную и духовную помощь в своей не легкой трудовой жизни, как отпевали в конце жизни православных. А теперь стройными рядами стоят в молитвенном порядке деревья у разрушенного свода четверика. И мы, попадая в такое место, начинаем, сами того не замечая, вступать в молчаливый диалог с храмом, беседовать с ним и отвечать на все эти вопросы, сличать свою жизнь с жизнью наших простых, но великих предков.

Насколько помогает вам в пастырском служении светское образование?

В моем пастырском служении светское образование часто помогает лучше услышать человека, лучше понять архитектуру храма в котором служу. За время учебы я расширил свой взгляд на жизнь приобрел опыт и знания. Мой отец священник храма в селе Поддубном (Николо-Трестино) протоиерей Леонтий, прослуживший сорок пять лет у святого престола, ныне покойный, говорил: «Люди сейчас ученые и сами смогут найти ответы на многие вопросы, а вот любви не хватает, нужно выслушать, посочувствовать, порадоваться или по скорбеть с ними и подарить частичку любви».