Станислав Голодницкий:

P7 3


О фестивале имени Розова говорили давно. Но нужно было действовать


  Все встретили Новый год уже месяц назад. И только он готовится встретить через неделю: по воле главного режиссера Камерного театра Станислава Голодницкого в истории театральной Костромы наступают времена, каких еще не было. Неделя показов, одиннадцать театров со всей страны, легенды вроде Николая Коляды – грядет эпоха международного театрального фестиваля имени Виктора Розова. Первого в истории Костромы.


Будоражить других

 

  - Стас, наступивший год обещает быть очень разнообразным - и Годом театра в том числе. Вы к театральному году по итогам 2017-го готовы?


  - Первое, что я бы хотел сказать, - огромное спасибо Президенту Владимиру Путину за то, что в 2017 году началось грандиозное обновление муниципальных театров в стране, а также «Единой России» за поддержку этого проекта. Новые костюмерные, студия звукозаписи - она наконец-то появилась в театре, современные радиомикрофоны, световое оборудование, о котором целых двадцать лет даже мечтать не приходилось… Я считаю, что это и есть тот колоссальный скачок, который помогает нам встретить 2018 год на достойном уровне.


  - Это мы говорим о техническом скачке, а если о художественном? Он случится уже через неделю - первый театральный фестиваль имени Розова. Ваша смелая придумка 2017 года, которая уже в 2018-м реализуется.


  - Сказать, что только моя, будет неправильно. На самом деле в костромских кулуарах тема Розовского фестиваля давно «разминалась». Но можно десятилетиями «разминать» и ничего не делать для того, чтобы разговоры стали реальностью. Нужны были люди, которые начали бы действовать: будоражить других, искать средства. Единомышленники, готовые работать.


  - Кто, кроме вас, если не секрет?


  - Идеей фестиваля заинтересовался Илья Яхонтов, депутат областной Думы. Он курировал проект «Театры малых городов» в нашем регионе, поэтому мы часто общались. Однажды я заговорил о том, что есть идея провести Розовский фестиваль, - и на следующее утро раздался звонок: «Давайте попробуем». Да, фестивали в нашем городе есть, фестивали разные и с историей. Но фестиваля имени Розова никогда не было ни в Костроме, ни в других городах - мы посчитали, что это имя достойно того, чтобы снова прозвучать на всю страну.

 

Здесь все о любви

 

  - На всю страну «розовские мальчики» гремели в 1950-е - немножко наивные герои со светлыми мыслями, большими надеждами и правильными устремлениями. Разве на сегодняшней сцене они жизнеспособны?


  - Тот же вопрос можно задать и о героях Вампилова, и о героях Володина. На самом деле, Вампилов, Володин, Розов - это уже классика. Да, рожденная в советское время, но классика потому и классика, что вечна. Настолько пронизана любовью… Именно этого - пронизанности любовью - не встретишь в современной драматургии, где потоком льется какая-то грязюка, которую не только ставить, но даже и читать не хочется. Все чернуха, все плохо-плохо-плохо. А если настолько плохо, тогда зачем вообще жить и работать? Ну жил наш театр очень непросто на протяжении двадцати лет - хорошо было только в наших умах и сердцах. Но мы же не говорили: «Все плохо». Мы верили в хорошее и продолжали двигаться вперед. И в розовских произведениях именно об этом - о том, что нужно надеяться, и счастье обязательно придет.


  - То есть вам, молодому режиссеру двадцать первого века, Розов интересен?


  - Если б не был интересен, я бы, наверное, не стал организовывать фестиваль.


  - Тогда почему не ставили его ни разу?


  - Чтобы ставить Розова, нужен серьезный актерский ансамбль, причем обязательно с возрастными артистами: для любого материала по Розову необходим жизненный опыт. А у нас молодой коллектив, который до каких-то жизненных вещей объективно еще не дорос.


  - Бросается в глаза, что в афише Розовского фестиваля не только Розов - Радзинский, Лермонтов, Чехов, даже Коляда. Тогда единая концепция фестиваля в чем?


  - Здесь все спектакли о любви. Когда я узнал о спектакле Елены Исаевой «Пять историй про любовь», у меня не возникло сомнений, что его нужно пригласить. «Баба Шанель», «Цветы запоздалые», «Два брата» - все про любовь. Понимаете, хочется подарить городу театральный праздник любви. Хочется, чтобы люди выходили со спектаклей с ощущением, что любовь действительно существует, потому что многие сегодня просто о ней забыли. Живут иными категориями. Мы не играем на гитарах во дворах…


  - «Мы перестали лазить в окна к любимым женщинам…»


  - Да, именно. Романтика уходит, звездное небо уходит, уходит теплота душ. Так пусть Розовский фестиваль станет теплыми вечерами в холодном феврале.


  - С нуля организовать театральный фестиваль - это реально подвиг. Скажите честно: не страшно?


  - Страшно будет четвертого февраля, когда первые участники фестиваля приедут в Кострому. А сейчас не до страха, сейчас мы с утра до ночи работаем.


  - Мне кажется, самое страшное - что Кострома не пойдет, например, на легендарного Коляду. Потому что Коляда необычный, а костромичи консервативные.


  - А мы понимаем, что аншлагов не будет, поэтому фестиваль имени Розова - некоммерческий проект. У него есть большая социальная миссия: спектакли смогут бесплатно посетить актеры театров, студенты колледжа культуры и творческих факультетов вузов, дети из детских домов, ветераны. Пусть хотя бы ползала будет заполнено, но люди выйдут со спектаклей в хорошем настроении и будут вспоминать увиденное еще долго. И улыбаться. По-моему, ради этого стоит работать полгода.

 

Историческое постановление

 

  - Кстати, о «стоит работать»: в 2017-м вы добились, чтобы областную премию имени Островского получали и артисты Камерного театра. Игра стоила свеч?


  - Представьте: артист работает в городском театре. Год работает, два, три, пять… Когда он понимает, что в этом городе никогда и никак не будет признан, - какой у него стимул оставаться здесь? Да никакого. Поэтому мы благодарны губернатору за - без преувеличения - историческое постановление. Он дал возможность нашим артистам стараться, проявляться, показываться комиссиям, расти.


  - А что, на ваш взгляд, в 2017-м случилось значимого в костромской культуре вообще?


  - Если я не ошибаюсь, именно в прошлом году было озвучено, что учреждается звание «Заслуженный художник Костромской области». Я внутренне порадовался. У нас много хороших художников - пусть люди получат заслуженное признание. Театр кукол получил грантовую поддержку, поставил «Снегурочку» - и уже второй раз будет показываться на «Золотой Маске», а значит, не только о театре кукол, но и вообще о Костромской области заговорят на всю страну. Честь и хвала, снимаю шляпу.


  - Сильные зрительские впечатления у вас в году были?


  - Этот год в российском театре, к сожалению, был наполнен вопросами совершенно не художественного характера. Во всяком случае, околотеатральное медиа-поле заполнилось какими-то бесконечными разборками, обвинениями, судами. Слава Богу, что мне удалось пройти обучение у знаменитого Камы Гинкаса, и я близко познакомился с московским ТЮЗом. Посмотрел «Скрипку Ротшильда», «Счастливого принца», «С любимыми не расставайтесь» - иногда это было до слез.


  - Так слез или радости в 2017-м было больше?


  - Конечно, радости. Все, как в пьесах у Виктора Розова.

 

Партнеры