Сергей Забелин:

 P19 1

 

Служить пошел по комсомольской путевке

 

  Он уверен, что и в преступнике надо видеть человека и создавать для него человеческие условия даже за решеткой. Хотя за тридцать лет службы в милиции и уголовно-исполнительной системе он давно мог бы вообще разочароваться в людях. Наш сегодняшний собеседник - Сергей Забелин, начальник Костромского управления Федеральной службы исполнения наказаний.

 

С первым апреля!


  - Сергей Владимирович, вы долго были оперативником, и о вас не так много известно.

  - Костромич. Никто из семьи в правоохранительных структурах не служил. Мама - бухгалтер, папа - рабочий. А сам в системе оказался, как многие тогда: по комсомольской путевке. После армии работал в институте «Костромасельхозпроект». Но тут комсомол сказал «надо», и я ответил «есть»: пошел служить в Костромскую воспитательную колонию (в то время уголовно-исполнительная система относилась к МВД. - Е.Ш.).


  - А дальше?

  - Уже через несколько месяцев поехал учиться в высшую школу МВД. После нее меня распределили в СИЗО №1. Причем пришел я туда 1 апреля (улыбается). В следующем году будет юбилей: тридцать лет службы.


  - Никогда не жалели о решении комсомола?

  - Времени жалеть не было.


  - А на что-то еще кроме работы остается время?

  - На семью - это святое. А чтобы голова отдохнула, и мысли свежие в ней появлялись, я руками работаю: что-то строю и перестраиваю на даче.


  - Вы год с небольшим в должности начальника управления. Чего хотели добиться, когда заняли ее?

  - Принцип у меня всегда один: сохранить и приумножить. Планку прежние руководители управления подняли высоко - не расслабишься. Надо развиваться, иначе - смерть. Это я, конечно, образно говорю. В двух СИЗО, например, запустили систему, которая идентифицирует личность человека по биометрическим показателям. В наших учреждениях теперь почти тысяча двести видеокамер. Мы даже можем с их помощью, находясь в Костроме, контролировать сотрудников колоний в Островском и Поназыреве. Кстати, вам первым об этом рассказываю.

 

Каждый день - сюрпризы


  - Да, сотрудникам точно не расслабиться. О планке - Костромское управление в рейтинге какое место занимает?

  - Сейчас третье место из тридцати трех регионов в своей группе.


  - Хорошая оценка. Сергей Владимирович, в МВД, например, принята ротация кадров. Наше УФСИН в последние годы возглавляют костромичи.

  - У нас тоже есть ротация: костромичей назначали руководителями управлений других регионов. И мою кандидатуру, насколько я знаю, тоже рассматривали на предмет перевода в другое управление.

 

  - Вам проще или сложнее, что оставили здесь?

  - Проще в том смысле, что все и всех знаю. Но у нас такая система, что постоянно преподносит сюрпризы. Все, с кем работают наши сотрудники, совершили преступление. Много людей с психическими отклонениями, употреблявших наркотики. Так что мы каждый день - в напряжении.


  - Не секрет, что когда вокруг криминальная среда, у сотрудников бывает профессиональная деформация. Вам приходится с ней бороться?

  - Все зависит от человека: если нет желания развиваться, тогда под влиянием этой субкультуры он будет меняться не в лучшую сторону. В последние годы много молодежи к нам приходит, а это другое поколение, с другим уровнем знаний, с желанием расти. К тому же психологическая служба хорошо работает с личным составом.


  - Вы, как опытный оперативник, так и ушли от ответа по поводу себя лично.

  - Как я изменился? К чему-то стал относиться проще, а к чему-то - более настороженно.

 

Опасности нет


  - В последнее время вводится много альтернативных лишению свободы видов наказания. Они эффективны?

  - Думаю, да. В этом году через нашу уголовно-исполнительную инспекцию прошли четыре с половиной тысячи человек, которых осудили без изоляции от общества, и подозреваемых, которых посадили под домашний арест. Из них только для трехсот семидесяти - нарушителей условий отбывания наказания - его заменили более строгим видом.


  - Один из новых видов - принудительные работы. И скоро должен заработать центр для таких осужденных. Хотя вы через СМИ уже объясняли костромичам, что это безопасно, вопросы у них остались.

  - Мы готовы принять осужденных в центре 1 февраля. Но беспокоиться костромичам совершенно не о чем. Во-первых, там будут содержаться осужденные, не опасные для общества. Если бы суд посчитал их опасными, их бы отправляли не в центр, а в колонию. Во-вторых, они будут под постоянным контролем сотрудников уголовно-исполнительной инспекции и полиции. Они могут передвигаться только в сопровождении.


  - А как дело обстоит в других городах, где есть такие центры?

  - С января этого года в стране работают четыре исправительных центра. Наш сотрудник ездил, например, в Ставрополь перенимать опыт. Могу сказать, что нигде никаких инцидентов, опасных для жителей, не было.


Мир не узнает


  - В последнее время идет гуманизация наказания, все более комфортные условия создают для осужденных. Насколько это необходимо?

  - Если мы будем относиться к осужденному как к изгою, ничего хорошего не выйдет. Будет «день сурка»: общество его презирает, а в колонии есть группа, которая его всегда поймет и примет, - он и будет постоянно стремиться туда. Наши сотрудники не должны осужденного, что называется, понять и простить, но должны видеть в нем человека.


  - То есть гуманизация оправданна?

  - Оправданна ресоциализация, когда мы помогаем человеку вернуться в общество. Даже нормальные бытовые условия, которые создаем (десять лет назад в ИК-2 в Поназыреве еще стояли печки-буржуйки. - Е.Ш.), показывают им то, к чему они могут прийти. Ведь есть такие осужденные, которые крана с горячей водой до того, как попали в места лишения свободы, не видели.


  - Вы осужденных учите, даете профессию, оформляете им документы, а недавно в первой колонии еще открыли центр реабилитации для тех, у кого срок подходит к концу.

  - Представьте: человек отсидел пятнадцать или двадцать лет, он выходит на свободу - мир не узнает. Он не знает, что такое пластиковая карта, как пользоваться электронным терминалом... Ему нужна работа, поэтому мы подключаем центры занятости, работодателей. Ему надо адаптироваться, поэтому с ним общаются психологи, священнослужители.


  - Мы писали об отце Евгении, который открыл в Поназыреве центр для бывших осужденных.

  - И замечу, что никто из тех, кто через этот центр прошел, в колонию не вернулся. Могу назвать еще Таисию Котяшкину - она работает с наркозависимыми осужденными и помогает им после освобождения.

 

Прибавляет опыта


  - Много осужденных сейчас работают, чтобы оплачивать иски и свое содержание?

  - Во всех исправительных колониях, за исключением КП-5, есть центры трудовой адаптации. Но процент работающих разный. В первой колонии (находится в Костроме. - Е.Ш.) более восьмидесяти процентов трудятся, а в Поназыреве - около тридцати от числа трудоспособных осужденных. Но перспективы есть и там: развивается лесопереработка, другие направления.


  - Когда осужденные занимаются сельским хозяйством и сами производят для себя продукты - еще одна тенденция последних лет.

  - Овощи, мясо птицы, свинина, говядина, куриное яйцо - этим наши исправительные учреждения сейчас обеспечивают себя полностью. А в целом по продуктам - уже на сорок шесть процентов.


  - Сергей Владимирович, а легко к вам попасть на прием родственникам осужденных? Могут ли сами они к вам обратиться?

  - Могут и те, и другие. Тут вопросов нет. Люблю общаться с людьми, особенно новыми для меня, и решать их проблемы - это мне прибавляет опыта.

 

Партнеры