Наталья МАЛЮЧКОВА

Опубликовано 19.04.2013 10:29

Пока через твои руки не пройдут сотни старинных предметов, научиться их понимать нереально

 

Вкладывать деньги в доллары и евро выгодно. Но удовольствия от этого никакого. В последнее время люди все чаще стали инвестировать сбережения в антиквариат. В костромских антикварных магазинах есть и редкие вещи, как раз для инвестирования, и старые красивые предметы, доступные по цене, которыми дом можно украсить. Так и в магазине Натальи Малючковой. Кстати, ее антикварный магазин был одним из первых, нет не в Костроме, в России (!). Выиграть у корреспондента «СП-ДО» Людмилы МАКСИМОВОЙ партию в шахматы, игру с богатой историей, Наталье Малючковой, которая среди вещей с историей работает, труда не составило. За игрой она успела рассказать, почему нет четкого определения антиквариата, и почему люди любят старые вещи.

 

- У вас в магазине такое разнообразие старинных вещей: статуэтки, книги, иконы, подсвечники, мебель... Как сюда попали все эти предметы?
- Вещи в магазин в большинстве своем приносят костромичи. Если предмет интересен нам, то называем две цены: более низкую для покупки ее за наличные и более высокую для продажи по договору комиссии, в этом случае владелец деньги получает уже после продажи. Но это теория, на практике же чаще встречается первый вариант: большинство людей все-таки нуждаются в деньгах и сразу продают за наличные. Что касается качественного состава, то в магазин приносят любые вещи, на которых есть «отпечаток времени». Это и предметы быта — самовары, посуда, предметы культа — иконы, лампады, распятия, светские вещи — лампы, потолочные фонари, мебель.
- Что вы подразумеваете, когда говорите о наличии «отпечатка времени»?
- В соответствии с законодательством РФ антикварными считаются вещи, созданные более пятидесяти лет назад. Но на самом деле антикварным магазинам интересны вещи и 70-80-х годов прошлого столетия. Это в основном фарфоровые статуэтки, распространенные сейчас как предмет собирательства. Особый интерес среди статуэток этого периода вызывают фигурки литературных персонажей, к примеру,  гоголевского «Ревизора» или «Мертвых душ». Это сейчас очень модно, поэтому интересно брать на реализацию статуэтки даже 20-летней давности. Как я уже говорила, четкого определения понятия «антиквариат» нет. Посуда послевоенная, ей 60-70 лет, но она неинтересна до сих пор. Есть закон, но в жизни работают другие критерии.

 


- Но люди ведь сами не могут оценить вещь, насколько она ценная. Часто приносят ерунду?
- Нам обычно звонят, рассказывают, что у них есть. Просят приехать посмотреть, чаще всего и бывает ерунда. Из трех-четырех выездов на место один будет интересный и стоящий, но ездить нужно всегда, потому что толком по телефону объяснить многие не могут, что у них за предмет, сколько ему лет. Часто люди заблуждаются. Говорят, что это от их пра-пра-пра, приезжаешь, а вещь чуть ли не вчера купленная, китайская или индийская какая-нибудь.
- Когда бываете в других странах и городах, ищете интересные вещи?
- Если я куда-то еду, то всегда навожу справки, где есть антикварные лавочки. В других странах, той же Испании, Франции, есть целые улочки антикварные. В России дело обстоит несколько иначе, разброс магазинов большой, а за границей, как правило, все находится в одном районе. На так называемые блошиные рынки не удавалось попасть — они работают в определенные дни. В других городах тоже интересно посмотреть, что есть. И к нам приезжают антикварные дилеры в основном  из окрестных — Ярославля, Иванова, Москвы.
- Как вам кажется, правдиво ли утверждение о том, что московские дилеры, покупая у нас в провинции антиквариат по дешевке, продают его на московском рынке по более высокой цене?
- Это заблуждение, что в Москве цены «космические», и можно выгодно в провинции купить, а в Москве продать. Там есть открытые рынки, как, например, «Вернисаж» в Измайловском парке, где старинные вещи стоят значительно дешевле, чем в наших магазинах. Так что, наоборот, есть смысл покупать там, а продавать, как это ни смешно звучит, опять же москвичам здесь.
- В вашем магазине в основном русские вещи.
- Все потому, что иностранные вещи клиенты мало ценят. Что касается восточных вещей, они вообще неинтересны нашим магазинам, это невостребованный товар. Интересно все русское — русское серебро, русская бронза, русская иконопись.
- Когда был открыт ваш магазин?
- Он существует 25 лет, и открыли его именно в тот момент, когда продажа антиквариата стала легальным бизнесом. До этого, хочу напомнить, в СССР существовала статья уголовного кодекса за подобное занятие. Многому пришлось учиться, потому что начинали мы практически с нуля. Потребовались больше не теоретические знания — литературы много, а скорее, практические – пока через твои руки не пройдут десятки, а то и сотни предметов, научиться понимать эти вещи, их коммерческую ценность нереально. И первый год было безумно трудно, я не чувствовала предметов. Не понимала ни времени их изготовления, ни в ценах не разбиралась. Это приходит только с опытом. И обжигалась много, покупала вещи, которые продавала потом себе в убыток. Но таким образом учатся все — по-другому не бывает.
- Иконы - самая сложная область в антиквариате?
- Мне они давалась нелегко. Определить художественную ценность иконы, примерное время ее создания и принадлежность к конкретному региону было очень трудно. Икона бывает под записью, когда старую икону, скажем XVII века, покрывали новым слоем левкаса и по нему уже в XIX веке писали новую. А, как вы понимаете, вся ценность иконы как раз и заключается в первоначальном слое, наличие которого иногда можно почувствовать только на интуитивном уровне. Увидеть все нюансы иконы глазами порой совершенно невозможно, но когда через твои руки проходят сотни икон, только тогда начинаешь видеть ранее незаметные их свойства и признаки. К тому же люди часто обращаются за консультацией по телефону — вот у меня есть такая-то икона, даже могут описать ее. Это Богородица такая-то в окладе, киоте, она досталась нам три-четыре поколения назад. Но оценить икону по телефону невозможно, я, к примеру, самовар по телефону оценить могу, еще какие-то предметы, но икону надо видеть и держать в руках.
- Всегда думала, что в антикварном магазине должен быть оценщик.
- Я все в одном лице. У нас во всех магазинах так в принципе: никаких особенных оценщиков с докторскими учеными степенями по искусствоведению из Москвы и Петербурга в Костроме нет и быть не может. Конечно, у людей всегда есть сомнения. Они идут продавать и чаще всего не сведущи в этой области. Они сходят в один-другой магазин, приценятся. И продают в итоге тем, кто больше даст.
- Сейчас в Костроме несколько антикварных магазинов. А когда вы только открывались, так же было?
- Когда открывали магазин, существовало всего три-четыре антикварных магазина по всей России. В Костроме мы были единственными. Даже в Ярославле еще антикварного магазина не было. Смогли добиться лицензии от Министерства культуры. Хотели заняться этим давно, появилась возможность — открыли. Не так давно стали появляться в Костроме магазины — пять-семь лет назад. Сейчас открыть антикварный магазин можно очень просто, а в начале 90-х антикварная деятельность подлежала обязательному лицензированию. В те времена, когда открывался наш магазин, это было безумно трудно. А если насчет конкуренции, то мы все в одной области работаем, клиент выбирает между нами. Хотя, конечно, одинаковых товаров у нас не бывает, особенно старых. Они тем и хороши — у каждой вещи своя индивидуальность.
- На реставрацию вещи отдаете? Ведь, бывает, что к вам они попадают уже в плохом состоянии.
- Иконы отдаем на реставрацию, но это не всегда оправданно. Иногда надо оставить в таком виде, какой есть. Книги в таком виде продаются, в каком к нам попали. В плохом состоянии, например книги XIX века, я стараюсь не брать. С годами они могут еще больше ветшать, их элементарно не продать будет. За книгами обычно приходят коллекционеры. Это художественная литература, религиозная, публицистика, учебники. Все — дореволюционные издания. Есть очень много любителей старой литературы.
- Почему люди покупают антикварные вещи?
- Кто-то занимается коллекционированием определенного рода предметов, кто-то берет в подарок, кто-то покупает как именную вещь, память о каком-то событии или родственниках, у которых когда-то был такой предмет. Часто у самой был соблазн забрать понравившуюся вещь домой. Но это плохой путь. Квартиру нельзя превращать в антикварный магазин. У меня дома только современные вещи.
- Антиквариат — это действительно выгодная область для инвестиций?
- Старая вещь с годами только дорожает, если, конечно, представляет художественную ценность. Имеется в виду не ширпотреб старый, которого довольно много и у нас в магазине, и в других - антикварные магазины не только раритетами торгуют. Хороших вещей, даже среднего уровня, с каждым годом становится меньше. И они всегда будут стоить денег. Это я говорю о какой-то корыстной стороне дела, когда люди вкладывают деньги, но большинство, которые покупают вещи, делают это с душой. Бывает, на последние деньги покупают вещь. Коллекционеры - это на самом деле одержимые люди. Они отдадут последнее за какую-нибудь монету, икону, книгу.
- Но вы сами сказали, есть старые вещи, которые ценности все равно не представляют.
- У нас в магазине присутствует чугунная чернильница оригинального каслинского литья, это знаменитые уральские заводы. Конца XIX века с царским гербом. В советское время по таким же аналогам стали делать уже пепельницы. По виду один к одному, как эта чернильница. Но они были уже массового производства и делались из дешевого металла. Они ценности не представляют. Повторов очень много, особенно в фарфоре. Это не так называемые новоделы, но уже массовое производство. Зачем изобретать что-то новое, когда есть изящные вещи, которые можно заимствовать у старых мастеров? Причем это было действительно интересно и востребовано населением.
- По каким же тогда критериям определяется ценность предмета?
- Первое, безусловно, это время. Потом - изящество выполненной работы и определенный стиль. Если это выполнено определенным мастером или редкой фабрикой, то и цена возрастет. В последнее время рынок наводнили так называемые новоделы. Это было во все времена — вещи копировали и выдавали их за подлинные. Сколько новоделов прошло через мои руки! Я и обжигалась на них, как же без этого. Иконы новодельные случалось покупать, потому что настолько грамотно писали, старили. Даже дилеры с большим стажем, бывает, обжигаются на предметах.
- В какую вещь лучше всего вложить свои деньги?
- В каждой области антиквариата есть неповторимые вещи, которые всегда стоят денег — будь то редкая монета или икона высокого художественного письма, бронзовая статуэтка, уникальные подсвечники и статуэтки, книги, уникальные самовары, прикладное искусство, роспись, резьба по дереву. Есть уникальнейшие вещи, которые стоят просто безумных денег. В них выгодно вкладываться. Но если человек решил вложить деньги, надо обязательно посоветоваться со специалистом.
- К вам попадают вещи, которые несут признаки своего времени, но на сегодняшний день потеряли свою функциональность?
- Есть потолочный фонарь XVIII века, естественно, он появился до изобретения электричества. Он очень хрупкий, с изображением охотничьей темы на корпусе, внизу -  держатель для свечи. Подвешиваешь его к потолку и свечку зажигаешь, получается невероятно красивое мерцание. Эти потолочные фонари мне попадались разных расцветок, с ручной росписью. Когда-то это было очень модно. Вот лампа керосиновая есть с ручной росписью. Единственное — ей не хватает абажура. Они, бывает, стоят дороже самих ламп. Иконы  - вообще отдельная тема. Любая, написанная даже простым деревенским иконописцем, уникальна и неповторима. Одинаковых не бывает. Потому эти вещи и ценные.
- С театрами, музеями сотрудничаете?
- К нам приезжают из музеев других городов: из усадьбы Щелыково, из  города Мышкин. Вот недавно к нам попал ящичек для пуантов балерины — таких сейчас не делают. Думаю, купит его не балерина. Его можно использовать как мини-саквояж, тот же театр может купить.
- Есть мнение, что антиквариат — это очень дорого.
- Это неправда. Можно купить уникальную вещь за скромные деньги. Есть фарфоровые статуэтки редких серий, редких мастеров, которые стоят сумасшедших денег. Статуэтки редкие Гарнера, Попова — это дорогие и уникальнейшие вещи. Но в нашем магазине продаются вещи, которые может позволить и человек среднего достатка. Можно купить икону XIX века в пределах 5-7 тысяч рублей. Бывают очень дорогие иконы, но можно купить и за тысячу, за полторы тысячи рублей. И это будут старые иконы. Но, возможно, в плохом состоянии, или наивные, примитивные, но в них тоже есть своя прелесть. Ведь людям не важно, чтобы у них были шедевры непременно. Они покупают икону, чтобы иметь образ, старый образ.
- Статуэтки, подсвечники можно поставить дома, книги, иконы — коллекционировать. Зачем покупают деревенскую утварь?
- Утварь чаще всего покупают для интерьера. Многие стараются оформлять дачные домики в стиле кантри. Обыгрывают в интерьере короба, сундуки, прялки, чесалки, я уж про самовары не говорю — сама их очень люблю. Просто наслаждение испытываешь от старого самовара, от патины, которая образуется от времени, настолько это красиво. Сколько ресторанов, кафе оформлено в этом стиле. Старыми вещами можно пользоваться — пить чай, готовить еду, складывать вещи. Если сундук с утратами, но, например, расписной, на него можно любоваться. Кому-то такие следы времени, разрушения даже больше удовольствия доставляют.

Нравится